ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТНАЯ УНИВЕРСАЛЬНАЯ
НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ИМ. М. ГОРЬКОГО
Поиск в электронных каталогах
Поиск
Форма обратной связи
Остались вопросы?
Задайте их нам!

Электронные услуги
Оценка качества
Форма входа
Логин
Пароль

Форма регистрации
Забыли пароль?
Актуально!
Яндекс.Метрика
Трое в лодке и на колесах. К 160-летию со дня рождения Джерома Клапки Джерома
Рубрика "Хронограф"
обложка книгиВопрос для знатоков: в каком фильме великолепный Андрей Миронов сыграл сразу шесть ролей?

В фильме режиссёра и сценариста Наума Борисовича Бирмана «Трое в лодке, не считая собаки» по мотивам одноимённой повести Джерома Клапки Джерома.

Надо полагать, сам Джером Клапка Джером остался бы довольным творением Бирмана. И наверняка оценил бы те курьезные ситуации, которые сопровождали съемку музыкальной комедии – хотя бы то, как Миронов, Ширвиндт и Державин, которым приходилось проводить каждые день по 5-6 часов подряд в лодке вдали от берега, «согревались чайком». На самом деле литовскую водку (фильм снимался в Калининградской области) тихо переливали в большой медный чайник, в перерывах между дублями актеры пили понемножку из носика. Водку артистам втихомолку поставляли… водолазы, страховавшие артистов и сидевшие в воде за лодкой. В пересменку под водой потихонечку они тихонечко привозили согревающее… Михаил Державин вспоминал: «…в полиэтиленовом мешочке опускали деньги за борт, деньги брали заранее, и водолаз спускался, плыл, уже на литовской границе, там – Литва, граница с Литвой…».

Это что! Когда книга Джерома «Трое в лодке, не считая собаки» была впервые напечатана в 1889 году, то имела столь оглушительный успех, что даже количество зарегистрированных на Темзе лодок в последующий после публикации год возросло на пятьдесят процентов…

В этом году, 2 мая, исполняется 160 лет со дня рождения английского писателя и драматурга Джерома Клапки Джерома.

Джером–младший появился в семье Джерома Клэпа четвертым ребенком, был зарегистрирован по имени Джером Клэп Джером, а имя Клапка получил позднее - в честь венгерского генерала Дьёрдя Клапки, знаменитого своим участием в Венгерской революции 1848 года и ставший позже, уже в Англии, видным представителем венгерской эмиграции.

Семья Джеромов обеднела после неудачных инвестиций в местную горнодобывающую промышленность, о чем впоследствии писатель рассказал в автобиографической книге «Моя жизнь и эпоха».

К слову, стать писателем или, на худой конец, политиком, Джером захотел еще в раннем детстве. Он осиротел в 13-летнем возрасте – пришлось прервать обучение и начать работать. Физический труд в «Лондонской и Северо Западной Железнодорожной Компании» также мог стать хорошим подспорьем в карьере и писателя, и политика, так что Джером не унывал.

По совету старшей сестры Джером испытал себя и в актерском ремесле - под сценическим псевдонимом Гарольд Крайтон. Труппа работала на принципе самоокупаемости, актеры самостоятельно оплачивали пошив сценических костюмов и изготовление реквизита. Денег Джерому сценическая карьера не принесла, зато впоследствии послужила хорошим материалом для новеллы «На сцене и за сценой».

«Пробиться» не удавалось, 21-летний Джером пробовал быть журналистом, писал эссе, сатирические рассказы, но в публикации большинства из них ему было отказано. В последующие несколько лет он был учителем, упаковщиком, секретарем адвоката. Наконец, новеллу «На сцене и за сценой» в 1885 году опубликовали, и это стало «ключиком» к дверям других редакций. В 1886 году уже вышел сборник новелл Джерома - «Праздные мысли лентяя».

Летом 1888 года Джером женился на Джорджине Элизабет Генриетте Стенли Мэрисс, известной как Этти, причем свадьбу сыграли всего через дней дней после развода Этти с её первым мужем. От первого брака у неё была пятилетняя дочка Джорджина по прозвищу Элси.

Медовый месяц пара провела на Темзе, на небольшой лодке. Вероятно, именно это путешествие по воде стало судьбоносным в жизни начинающего писателя. Едва вернувшись, Джером засел за написание повести «Трое в лодке, не считая собаки», она была напечатана в 1889 году, и сделала автора знаменитым и богатым за короткое время.Оглушительный успех произведения заставил «шевелиться» и издателей, и режиссеров кино- и телефильмов, радиопостановок, мюзикла. За первые двадцать лет по всему миру было продано более миллиона экземпляров книги. 

Повторить успех «Трое в лодке, не считая собаки» Джером так и не смог, хотя честно пытался.

Он, например, написал после путешествия в Германию роман «Трое на четырёх колёсах», который пользовался определенной популярностью, но не более того.

В 1892 году Джерома возглавил сатирический «мужской» и популярный журнал «Лентяй», сменив на этом посту Редьярда Киплинга. В 1893 году уже сам Джером основал свой журнал «Сегодня», но был вынужден оставить оба издания из-за финансовых трудностей.

В 1899 году Джером К. Джером посетил Россию, опубликовав впечатления в статье «Русские, какими я их знаю» - в 1906 году произведение было издано на русском языке под названием «Люди будущего». «Русский человек, — писал он, возвратившись в Лондон, — одно из самых очаровательных существ на земном шаре». С другой стороны, он видел, что в России «не все ладно»: «тупая покорность народа иссякает, революция неизбежна, она будет кровавой и страшной, но, унося многие, многие жизни, она растопчет заодно несправедливость и невежество... Мы свысока называем русских нецивилизованными, но они еще молоды... Мир будет доволен Россией, когда она приведет себя в порядок».

Визит Джерома не остался незамеченным: так, например, в журнале «Нева» Дж. К. Джером был представлен русским читателям как человеком скромный и доброжелательный. Издание сообщало, как писатель любовался картинами Айвазовского и Репина, а об опере Глинки «Руслан и Людмила» сказал, что «мог бы понять ее и без перевода, так она хорошо написана и поставлена».

В 1902 году Джером опубликовал роман «Школьные годы Поля Келвера», в 1908 году – рассказ и пьесу «Жилец с четвертого этажа», причем мнения критиков по поводу произвеления диаметрально разделились.

В начале Первой мировой войны Джером попытался уйти добровольцем на фронт, но в силу возраста и состояния здоровья в Британской армии ему отказали. Тогда он устроился водителем скорой помощи во французскую армию.

Считается, что военный опыт, а также смерть в 1921 году его падчерицы Элси очень угнетающе подействовали на состояние Джерома. Во время войны вышел сборник «Мальвина Бретонская», в котором от» джеромовской веселости» ничего не осталось.

В 1926 году Джером издал свои мемуары «Моя жизнь и эпоха», а в июне 1927 года по пути из Девона в Лондон у писателя случился инсульт, и 14 июня он скончался в больнице.

...Книга «Трое в лодке, не считая собаки» и по сегодняшний день остается одной из самых издаваемых книг в мире. Другие многие произведения писателя также переведены на многие языки, однако для большей части публики Джером К. Джером остался, по большому счету, автором одной книги.

Автор научно-популярных книг о русских и зарубежных англоязычных поэтах и писателях Нина Щербак сообщает, что «первоначальная идея Джерома К. Джерома заключалась в том, чтобы написать хороший путеводитель по пригородам Лондона. Во-первых, это сразу поместило бы повесть в разряд произведений, которые строятся по принципу «путешествия» или даже образуют свой собственный жанр, весьма распространенный и в русской традиции и называемый «литературным путешествием». … …Сначала Джером собирался назвать книгу «Повесть о Темзе». «Я даже не собирался сначала писать смешной книги», — признавался он в мемуарах. Книга должна была сосредоточиться на Темзе и её «декорациях», ландшафтных и исторических, и только с небольшими смешными историями «для разрядки». «Но почему-то оно так не пошло. Оказалось так, что оно всё стало „смешным для разрядки“. С угрюмой решительностью я продолжал… Написал с дюжину исторических кусков и втиснул их по одной на главу» . Первый издатель, Ф. У. Робинсон, сразу выкинул почти все такие эпизоды и заставил Джерома придумать другой заголовок. Джером написал уже половину текста, когда ему в голову пришла идея названия — „Трое в лодке“». … …Как следует из воспоминаний «Моя жизнь и время», критика Джером К.Джерома была нещадной и беспощадной, почти до самой той встречи с редактором Робинсоном, который и опубликовал «Трое в лодке». До этого репутация Джерома было очень шаткой: «Думаю, смело можно сказать, что в первые двадцать лет моей писательской карьеры ни одного другого автора в Англии так не поносили, как меня. «Панч» неизменно именовал меня «Гарри К’Гарри», после чего наставительно вещал о том, какой великий грех для писателя – путать юмор с вульгарностью и остроумие с наглостью. Что касается журнала «Нэшнл обсервер», даже галке в Реймсском соборе не досталось столько проклятий, сколько обрушивали на мою голову едва ли не каждую неделю Уильям Эрнест Хенли и его надменные молодые люди. Я бы должен быть польщен, но в то время я все принимал всерьез и немало страдал. Макс Бирбом постоянно на меня гневался. «Стандард» объявил меня чумой английской беллетристики, а «Морнинг пост» приводила в пример того, к каким печальным последствиям приводит излишнее образование среди низших классов. На обеде по случаю открытия ресторана «Краснапольски» на Оксфорд-стрит (ныне «Фраскати») меня усадили рядом с литератором Гарольдом Фредериком, только что прибывшим из Америки. Я заметил, что он посматривает на меня с любопытством. – Где ваш каменный топор? – спросил он вдруг. – Оставили в гардеробной? Он объяснил, что, по отзывам в английских литературных журналах представлял меня каким-то первобытным дикарем».

Советский переводчик, филолог, литературовед, а после эмиграции и профессор Женевского университета Шимн (Симон) Перецович Маркиш подтверждает: «Читая то немногое, что было написано о Джероме на разных языках, удивляешься, как много злых слов сумели сказать о нем критики. Его книги называли вздорными, его творчество энергично и недвусмысленно определялось как позор английской литературы, как попытка протащить в нее какой-то «новый юмор». «Джером, — писала одна лондонская газета, — это печальный пример того, чем угрожает Англии чрезмерное образование низших классов». Даже сравнительно недавно, уже много лет спустя после смерти Джерома, его имя поминалось с прибавлением эпитетов, далеко не лестных: он-де и пошляк, и бестактный, и наблюдательность его — наблюдательность мещанина-обывателя, а «Трое в одной лодке» — шедевр вагонной литературы. Но если хотя бы половина этих нападок справедлива, то за что же тогда любили и любят Джерома читатели? Почему еще в 1894 году его считали самым распространенным автором во всех странах английского языка? Почему на обложках приложения к русскому журналу «Вокруг света» за 1912 год значится: «Собрание сочинений неподражаемого английского юмориста Джерома К. Джерома»? … …Да, он многого, слишком многого не заметил, а из замеченного многого не понял. Но у него была та любовь к людям и та ненависть к злу, которые позволяют нам сегодня применить к нему древние и вечно живые слова — человек доброй воли. И, право, это не так уже мало».

При подготовке публикации использованы материалы ВОУНБ им. М Горького.







Комментарии:

Чтобы отправить комментарий
Зарегистрируйтесь или Авторизируйтесь
© Волгоградская областная универсальная научная библиотека им. М. Горького
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт ВОУНБ им. М. Горького (www.vounb.volgograd.ru) обязательна